Россия и Китай в Центральной Азии: партнеры или соперники?
20.12.2007 13:36
В современной системе международных отношений наблюдается тенденция к формированию существенного противовеса американской гегемонии. По мнению ряда политологов, наиболее значимым вектором этого процесса являются российско-китайские отношения, которые принимают все более комплексный характер. При этом комплексность порождает не только новые возможности, но и новые вызовы. Наиболее масштабной ареной российско-китайского взаимодействия сегодня может быть признана Шанхайская организация сотрудничества (ШОС), которая постепенно трансформируется в мощный трансрегиональный блок.

С 9 по 17 августа 2007 года прошли совместные учения государств-участниц Шанхайской организации сотрудничества, в которых участвовало более 6 500 военнослужащих и 80 боевых самолетов. Учения проходили в два этапа на двух площадках: на полигоне 34-й мотострелковой дивизии в районе г. Чебаркуль в Приволжско-Уральском военном округе и в Урумчи ? административном центре Синьцзян-Уйгурского автономного района КНР.

По сообщениям китайских СМИ, учения продемонстрировали, что диалог по вопросам безопасности между странами-участницами продуктивен, а сфера ответственности организации простирается на борьбу с нетрадиционными угрозами, такими как террористические группировки, отряды экстремистов и сепаратистов. Министерство обороны КНР в очередной раз отметило, что учения не были нацелены против какого-либо государства и не противоречили интересам государств, не входящих в ШОС, эту позицию озвучила и российская сторона.

По мнению ряда специалистов, сформировать систему безопасности на евразийском пространстве вполне может объединенный блок ШОС-ОДКБ, который призван представлять собой противовес НАТО, особенно на "кавказском" и "центральноазиатском" направлениях. Знаковым в данном контексте является и односторонний выход Москвы из ДОВСЕ, который представлял собой по сути попытку достичь паритета в Европе между двумя "полюсами". Москва намерена предотвратить распространение влияния Североатлантического альянса на страны СНГ и оценивает расширение НАТО как явную угрозу собственным интересам. В этой связи, использование ШОС (главным образом, КНР) в качестве противовеса может быть оправданным, но следует учитывать и то, что европейские и евразийские интересы КНР далеко не всегда совпадают с российскими.

По мнению ряда экспертов, КНР, несмотря на декларативную близость к России, пытается использовать в собственных интересах разногласия Москвы и Запада. В КНР положительно восприняли выход России из ДОВСЕ как в первую очередь ответ на размещение элементов ПРО в Восточной Европе. КНР также крайне не заинтересована в распространении влияния НАТО в Центральной Азии, поэтому поддерживает жесткую позицию России. Но в это же время, такая позиция Москвы ограничивает и Пекин, который будет поддерживать инициативы РФ по укреплению систему безопасности в ЦА, но одновременно будет путем "сепаратных" переговоров с государствами ЦА искать пути для укрепления собственного влияния.

Значительное влияние на региональные процессы оказывает и Вашингтон, который намерен продолжать политику по насильственной смене неугодных ему правящих режимов, вовлечению государств региона в соответствующие интересам США схемы экономического сотрудничества по вопросам энергетики и транспорта. Считается, что Вашингтону удалось несколько умерить пыл Индии в отношении ШОС и настроить Дели на более скептический лад в отношении этой организации. Активизация деятельности ШОС рассматривается в США как угроза своим интересам. Объединение ОДКБ и ШОС усиливает антиамериканские настроения в регионе и затрудняет реализацию здесь целей США.

Многонациональные силы уже фактически провалились в Афганистане и терпят неудачи в Ираке, что сформировало не слишком благоприятный облик НАТО в глазах мирового сообщества, как оккупантов. Вашингтон также осознает, что Россия может использовать ШОС и ОДКБ как инструмент усиления своего военного присутствия в ЦА и, вероятно, будет готовить ответ для продвижения собственных экономических интересов в регионе и завоевания геополитического превосходства. Более того, можно ожидать, что Вашингтон будет играть на схожести российских и китайских интересов и стимулировать конкурентную борьбу между РФ и КНР в различных сферах.

В шестом саммите ШОС 2 ноября 2007 года в Ташкенте приняли участие главы России, Китая, Казахстана, Киргизстана, Таджикистана и Узбекистана. Представители Индии, Ирана, Монголии и Пакистана присутствовали в качестве наблюдателей, а Афганистана ? в качестве почетных гостей. Пекин и Москва понимают, что на центральноазиатские процессы оказывают огромное влияние Иран, Пакистан и Афганистан. Для установления диалога по вопросам безопасности с этими государствами может послужить ШОС. ШОС наращивает свои усилия по развитию концепции "Великой Центральной Азии", которая включает в себя Иран, Пакистан и Афганистан.

По сообщениям агентства "Синьхуа", делегаты бурно обсуждали наиболее острые вопросы, включая расширение экономического и культурного сотрудничества в масштабах ШОС, защиту мира, стабильности и безопасности в регионе. За протокольными обсуждениями на поверхности лежали два наиболее важных вопроса: военно-техническое сотрудничество и энергоресурсы. По данным позициям мнения России и Китая существенно разошлись, тогда как остальные члены ШОС выполняли скорее роль наблюдателей и явно ничьей стороны не занимали.

Россия объективно заинтересована в расширении сотрудничества в военной области, рассматривая ШОС как "асимметричный ответ" или "противовес" политике НАТО и гегемонии США. Россия успешно связала ШОС с ОДКБ через подписание меморандума, в котором уделено значительное внимание вопросам сотрудничества по вопросам безопасности, борьбы с организованной преступностью и наркотраффиком. Между тем, КНР более заинтересована в том, чтобы развитие ШОС шло по модели Евросоюза, а организация больше внимания уделяла вопросам международной торговли и экономического развития. Обе интерпретации роли ШОС имеют преимущества и недостатки.

России по наследству достались остатки советского военного присутствия в Центральной Азии в виде 201-й мотострелковой дивизии в Таджикистане. В октябре 2003 года Россия разместила части ВВС на авиабазе Кант около Бишкека для непосредственной поддержки наземных сил ОДКБ. С 1991 года это первый случай развертывания российского военного контингента за рубежом. Примечательно, что АБ Кант находится в 45 км от базы ВВС США в Манасе. Таджикистан также объявил о намерении разместить части ВВС РФ по линии ОДКБ (штурмовики Су-25, боевые вертолеты Ми-24 и Ми-8) на ВВБ Айни в пригороде Душанбе. При этом США занимали в регионе еще одну базу ВВС в Карши-Ханабаде, Узбекистан, тогда как КНР вообще не имеет военных баз на территории государств ЦА.

И КНР, и Россия выступают против американского военного присутствия в Центральной Азии. После неоднозначной реакции Вашингтона на события в Андижане в мае 2005 года, узбекское правительство потребовало в течение полугода вывести все американские воинские подразделения с территории страны, что и было сделано до конца 2005 года. Все шесть членов ШОС объединяет необходимость борьбы с терроризмом. Россия, вопреки дипломатическому давлению со стороны США, убедила секретариат и объединенную штаб-квартиру ОДКБ завершить разработку и подписать соглашение о создании в Центральной Азии единой зоны противовоздушной обороны. Хотя КНР и Россия вместе предпринимают усилия по сокращению или ликвидации американского военного присутствия и влияния в Центральной Азии, их взгляды на вопросы экономического сотрудничества и развития существенно различаются.

Пекин использует каждую возможность для продвижения среди правящих кругов государств ЦА двусторонних схем экономического и, прежде всего, энергетического сотрудничества. Благодаря поддержке со стороны КНР права Ирана на собственную ядерную программу, Тегеран становится все более близким партнером и союзником Пекина.

В течение ноября 2007 года руководство КНР провело встречи с руководством Узбекистана, Таджикистана, Белоруссии, на которых был заключен ряд важных контрактов в области энергоресурсов и машинно-технической продукции. 5-6 ноября Вэнь Цзябао принял участие во Втором Российско-Китайском экономическом форуме на высшем уровне, где внес предложения по развитию двустороннего торгово-экономического сотрудничества. В ходе визита, стороны подписали 15 соглашений на сумму 1,3 млрд. долларов. ПО словам Чрезвычайного и Полномочного посла России в КНР Сергея Разова, в 2007 году объем российско-китайской торговли превысил 40 млрд. долларов по сравнению с 33 млрд. в 2006 году.

Вместе с тем, в 2007 году сальдо в российско-китайской торговле впервые установилось в пользу КНР. Российские официальные лица полагают, что ситуацию можно изменить путем наращивания экспорта в Китай древесины, нефти и нефтепродуктов, машинно-технической продукции. Доля нефти и нефтепродуктов в торговле составляет 54%, в 2006 году в КНР Россия поставила почти 6 млн. тонн нефти, что на 25% больше, чем в 2005 году. КНР также является для России вторым рынком оборонной продукции, но в последнее время его аппетиты растут. Пекин требует предоставить новейшие военные технологии, осуществление совместных ракетно-космических проектов.

Москва видит опасность в том, что в перспективе американских военных в ЦА могут сменить китайские бизнесмены, поэтому Россия будет, вероятно, разрабатывать собственную стратегию по усилению своего влияния в регионе, чтобы не допустить чрезмерного усиления здесь позиций КНР. Китай же, видимо, будет продолжать попытки завоевания лидирующих позиций в регионе, предлагая партнерам в ЦА наиболее выгодные схемы экономического сотрудничества, в некоторых случаях ставя их перед довольно непростым выбором.

 

http://infoshos.ru/ru/?idn=1102