Монголия: цветная революция завершилась бесцветно. Пока
10.07.2008 15:02
Вожди социалистической революции верили в ее продвижение на Восток. Туда же, судя по всему, устремлены и "оранжевые" вожди. Вслед за грузинской революцией "роз" и киргизской ? "тюльпанов" настала очередь монгольской революции "юрт". Впрочем, к юртам она имеет такое же отношение как айрану и верблюдам, ибо за пределами Улан-Батора о ней мало кто слышал?

Из записок архивариуса

Около 3 миллионов монголов, совершивших исторический "перескок" из феодализма к социализму, живут весьма изолированно даже относительно друг друга. Добрая половина населения Монголии (площадью в три Франции) уже более 4 тысяч лет кочует со своими стадами между кошарами-пастбищами, помечая исхоженные пути-дороги костями-скелетами различного биологического происхождения. Но и у более цивилизованных верхов геополитический выбор не велик. Опасение превратить страну в 26-ю провинцию Китая (где проживают более 5 миллионов китайских монголов) привело к тому, что она надолго стала 16-й республикой СССР. И, надо сказать, большинство приняло это за улыбку Будды. Москва помогала всем необходимым, претендуя в основном на солидарный отпор тогдашним маоистам. Улан-Батор не возражал. Ибо "монгольские ханы почти 200 лет (до 1912 года) правили Китаем, но ни один китайский император никогда не сидел на троне монгольского богдыхана". И вообще: Чингисхан, белая конная статуя которого метров на тридцать поднимается над окаменевшей степью - это "отец народов Азии - сердца Земли". С этим не хотелось спорить уже Москве.

Открываемые советскими геологами запасы меди, золота, урана и угля скорее консервировались, чем разрабатывались. Не исключено, что тогдашняя Москва создавала стратегический запас на будущее. Зато советский воинский контингент в Монголии был окружен всенародной любовью, как главный неформальный поставщик горючего - в расширенном диапазоне значений этого слова. Впрочем на гребне перестроечно-антиалкогольного экстремизма, когда труженики забайкальских рудников втирали солярку в рукотворные порезы на лысом черепе, уже Монголия протянула руку "братской помощи". Их рисовая водка "Орхей" утвердилась в бытовом лексиконе командируемых из Читы служивых, таким образом, получавших прозвище "орхивариусов". Даже столкновение в середине 80-х не разъехавшихся в пустыне Гоби советского бронетранспортера и местного поезда-"подкидыша", едва ли не раз в неделю курсировавшего по главной монгольской одноколейке, было воспринято как драматический поиск родной души.

До сих пор не сгнившие (особенность почвы и климата) останки танков на Халхин-Голе, русская жена самого многолетнего и харизматичного лидера страны - Цеденбала, уланбаторский дом-музей маршала Жукова (с фотографиями не менее известного в конце 50-х совпосла Молотова) зримо подтверждали единство наших уз и устремлений. Лишь в 1996 году правившая с 1921 года Монгольская народно-революционная партия (МНРП или коммунисты) поделилась властью со своим поначалу клоном - демпартией, возникшей также и из тех же, что и на родине "старшего брата".

Демократия за миллион тугриков

Впрочем уже скоро сначала либеральную платформу демпартии, потом всю партию возглавил учившийся в США журналист-диссидент Элбегдорж. Став в тридцать пять лет премьером страны, он провел приватизацию с тем же успехом, что и его российские вдохновители. В результате следующие выборы - в 2000 году - он проиграл. Но поскольку в Монголии мало чего было приватизировать, а об итогах приватизации знали немногие, либералы себя не сильно дискредитировали. Поэтому последующий 6-летний этап партгосстроительства ушел на не самое ретивое перетягивание каната между привычными коммунистами и пока не приевшимися демократами, в массе соседствовавшими в "брежневском квартале" - тамошней "рублевке". Лишь в 2006 году, когда либералы стали все явственнее поглядывать на далекий Запад, народные революционеры не без сочувствия ближних соседей - Китая и России - отказали Элбегдоржу в патриотизме. С тех пор он находился в непримиримой оппозиции. Час истины должен был пробить 29 июня 2008 г. - в день выборов в парламент-хурал.

Демократы пообещали в случае победы выплатить каждому соотечественнику по миллиону тугриков (860 долларов) в виде "ваучерной" доли национального богатства. Коммунисты, опираясь на админресурс, эту цифру увеличили до 1300 долларов. Поэтому из 76 парламентских мест МНРП получила 48, демпартия - 25. Далее все пошло по белградско-бишкекскому сценарию. Чтобы не пропали заготовленные загодя "коктейли", известные по имени легендарного совпосла, проигравшие сожгли штаб-квартиру победителей, попутно разгромив театр и картинную галерею. Следом настала очередь прилавков с "Орхеем" и дело перешло в революционный шопинг. Что и привело к гибели 5 мародеров, которые называли себя, разумеется, иначе. В стычках пострадали еще две сотни правоохранителей и просто горожан. В этих условиях президент Монголии Энхбаяр, он же один из лидеров МНРП, ввел в столицу около 700 тамошних вэвэшников, что и успокоило страсти. По крайнем мере до расследования также порядка 700 дел, заведенных на либерально-демократических баламутов. Пока всё?

Диалектика экспорта-импорта, или передышка перед..?

Не всё ясно с будущим раскладом в квадрате Запад-Монголия-Россия-Китай. Последние две стороны очевидно спешат расконсервировать монгольские ресурсы. Россия фактически единолично владеет пакетом акций главного разработчика монгольской меди - компании "Эрденет". Она же намерена расширить золотомедное и угольное производство, а также сеть автозаправок "Роснефти". Мы предлагаем построить монголам ядерный реактор и обещаем помощь в случае роста цен на продукты питания. Но и динамично развивающийся Китай остро заинтересован в масштабных поставках сырья. Западный вектор монгольского экспорта он не приемлет, но и не хочет делиться с Москвой. Что и подтвердил недавний "ритуально-дружественный" визит в Улан-Батор будущего лидера Китая - Си Цзиньпина.

Подспудное противостояние двух главных азиатских "одноклассников" открывает поле для маневра их бывшим классовым антиподам. Последние, задумываясь о развертывании в Монголии американской военной базы, тем более не постоят за импортом сюда цветных революций. Что же дальше?

На обозримую перспективу Москва и Пекин будут защищать соседа от революционно-цветного экспорта. Китай, пережив в 1989 году события на площади Тяньяньмэнь, явно не хочет их повторения в трансмонгольском этническом интерьере. Мы тоже не забываем о родственности монголов и отечественных бурят? Но "квадратная" проблема, все же, острее.

 

http://infoshos.ru/ru/?idn=2566