Ядерный покер Тегерана
30.09.2021 18:42

Судьба ядерной сделки с Исламской Республикой Иран (ИРИ), т.е. Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД) не простая. СВПД был подготовлен и утверждён в 2015 г. так называемой Группой 5+1 (постоянные члены Совета Безопасности ООН, Германия, Евросоюз и Иран). В мае 2018 г. СВПД был подвержен удару со стороны бывшего президента США Д. Трампа, выведшего Америку из сделки и возобновившего жесткие финансово-экономические санкции против Ирана. Ровно через год в мае 2019 г. Иран начал процесс постепенного отказа от требований сделки и к настоящему времени практически вышел из неё де-факто.

Обеспокоенное мировое сообщество поставило США и Иран перед необходимостью начать переговоры по реанимации, восстановлению СВПД. С апреля в Вене состоялось шесть раундов переговоров. Однако 20 июня в связи со сменой президента и правительства Ирана переговорный процесс был приостановлен и до сих пор не возобновлен. Тегеран явно не спешит возвращаться за стол переговоров.

Речь идет не только о смене президента и правительства. Иран стремится использовать перерыв в переговорах для наращивания своего ядерного потенциала вне рамок СВПД и контроля МАГАТЭ, а во-вторых, для создания благоприятных условий для торгов на будущих переговорах, в первую очередь с Соединенными Штатами. Для Ирана каждый дополнительный килограмм 60-процентного урана является дополнительным козырем в переговорах.

В Иране настойчиво повторяют: переговоры в Вене нужны только для того, чтобы обеспечить интересы страны, то есть снять санкции, а пункт о возвращении США в СВПД абсолютно не важен. У Вашингтона другой подход – «возвращаемся вместе», шаг за шагом, с постепенным снятием санкций. При этом США готовы смягчить антииранские санкции, но не считают конструктивными призывы отменить все санкции сразу в одностороннем порядке.

Игра Тегерана на повышение ставок довольно рискована. Хватит ли в ней изощренности и филигранности, чтобы не выбить из переговоров США с предсказуемыми негативными последствиями, которые, конечно же, не будут отвечать интересам Ирана.

На сегодняшний день Иран добился значительных результатов в развитии своей ядерной инфраструктуры. Увеличился объем запасов тяжелой воды и обогащенного урана. Иран накопил почти четыре тонны низкообогащенного урана (это более чем в 16 раз превышает норму, разрешенную СВПД), из которого он сможет без особых трудностей производить 90-процентный оружейный уран. Об этом свидетельствует тот факт, что только с июня по сентябрь 2021 года Иран увеличил свои запасы урана, обогащенного до 20%, с почти 63 кг до почти 85 кг, а урана, обогащенного до 60%, с почти 2,5 кг до 10 кг. Остался один маленький шаг, чтобы достичь уровня 90%. Это означает, что иранские ученые-ядерщики уже преодолели 95% научных, технологических и технических трудностей в обогащении урана до оружейного уровня. Бывший президент Ирана Хасан Роухани заявил 14 июня: «Все видели, что Иран начал обогащать уран до 63%. Если возникнет необходимость, мы можем увеличить степень обогащения в любое время».

При этом Иран активно препятствует мониторингу ядерной деятельности МАГАТЭ. Агентство заявило, что Иран «серьезно подрывает» усилия по мониторингу программы страны по обогащению урана, и поэтому надежды на возобновление ядерной сделки с Ираном отступают.

Остановить этот иранский ядерный маховик становится всё труднее. Недаром постпред России на переговорах в Вене Михаил Ульянов недавно заявил: «Иран всё дальше отходит от своих обязательств по первоначальному СВПД. Пожалуй, в этом есть какая-то даже иррациональность, потому что, если переговоры разрешатся достижением соглашения, все эти отклонения от первоначальной ядерной сделки придется обращать вспять. И чем дальше Иран будет отходить от первоначальных обязательств, тем больше времени это займет, что, соответственно, повлияет и на сроки отмены санкций». Добавим, - и сделает всё содержание, все инструменты, все сроки, заложенные в документ в 2015 г., совершенно не актуальными.

По некоторым оценкам, Иран способен уже через два месяца получить всё для создания ядерного оружия, прежде всего, достичь 90-процентного уровня обогащений. Но здесь необходимо четко определить терминологию. 90-процентный оружейный уран – это ещё не «атомная бомба».

Обратимся к основным этапам создания ядерного оружия. Их несколько: 1. Наработка значительного количества оружейного 90-процентного урана в центрифугах. 2. Превращение этого газообразного урана в 20-25 кг 90-процентного металлического урана. 3. Создание ядерного взрывного устройства для ядерных испытаний (это сложное устройство больших габаритов). 4. Ядерные испытания этого устройства. 5. Создание боеголовки для ракет на основе этого устройства. Более простые в изготовлении ядерные бомбы для ИРИ не актуальны - у Ирана нет самолетов-носителей ядерных бомб.

Основываясь на предложенной поэтапной схеме, можно утверждать, что Иран действительно может наработать 90-процентный уран в центрифугах в течение нескольких месяцев. Более того, Иран уже способен производить 20-процентный металлический уран, но этого недостаточно. Для получения 90-процентного металлического урана требуется значительное количество сил, средств и времени. Еще более длительный период нужен Ирану для создания ядерного взрывного устройства для ядерных испытаний. Даже без самих испытаний это потребует много времени. Что касается боеголовок, то здесь мы можем говорить о годах. Напомним, после подземного испытания ядерного взрывного устройства Пакистану потребовалось 10 лет, чтобы создать необходимую ядерную боеголовку для своих ракет. Поэтому Иран действительно может стать ядерной державой, но только через 5-7 лет. И если ему никто не будет мешать.

Итак, на какой уровень развития своей ядерной инфраструктуры готов пойти Иран? Похоже, что, исходя из нынешней ситуации вокруг иранской ядерной проблемы, исходя из целенаправленной концентрации внимания на Иране со стороны международных организаций (МАГАТЭ) и разведок многих стран, исходя из реальных негативных перспектив для иранской экономики, общества и внутренней безопасности в случае продолжительного воздействия санкций и угрозы изоляции или даже военного удара, руководство ИРИ, по крайней мере в настоящее время, не планирует создавать ядерное оружие.

Тогда почему же происходит эта нарастающая интенсификация работ в ядерной сфере? Возможно, не только для участия в торгах на переговорах. Хотя этот момент очень важен для Ирана.

По всей видимости, дело обстоит несколько иначе. Иран стремится максимально быстрыми темпами создать такую научно-техническую и технологическую базу своей ядерной инфраструктуры, когда для создания «атомной бомбы» всё готово и останется всего лишь один шаг – несколько месяцев для её производства. Иран хочет вписаться в ряд стран с передовыми ядерными технологиями, которые остаются без ядерного оружия, но способны производить его быстро, в кратчайшие сроки. Такие страны называются скрытыми ядерными государствами (ядерными латентными государствами). К ним относятся Япония, Германия, Нидерланды, Канада, Аргентина, Бразилия, Южная Корея и некоторые другие.

Возникает еще один вопрос: до какого уровня развития иранской ядерной инфраструктуры Израиль, США и некоторые другие страны готовы ждать без какой-либо реакции на иранскую нуклеризацию? Не слишком ли заигрывается Иран в свои азартные, но опасные ядерные игры?

Президент США Джо Байден и премьер Израиля Нафтали Беннет сошлись во мнении: «У Ирана никогда не будет ядерного оружия… Если дипломатические меры ни к чему не приведут, мы обратимся к другим вариантам и способам».

Израиль уже готовит План А и План Б, чтобы не допустить превращения Ирана в ядерную державу. Более того, эти планы также предусматривают специальные и военные варианты: кибератаки, специальные диверсионные операции и даже возможные воздушные и ракетные удары по ядерным объектам Ирана.

По словам главы генштаба Израиля генерала Авива Кохави, израильские военные существенно ускорили подготовку к открытому и скрытому противостоянию Ирану на всей территории Ближнего Востока. Это сложная работа, включающая в себя задействование инновационных технологий в сфере разведки и оборонного потенциала, - подчеркнул генерал.

События показывают, что Иран может слишком заиграться в своей ядерной политике, и это может привести к катастрофическим последствиям. Тогда все достижения СВПД обратятся в прах, что, без всякого сомнения, окажет самое негативное влияние на многие аспекты внутренней социально-политической обстановки в стране и внешней ситуации вокруг Ирана.

В настоящее время приближается момент, когда Тегеран должен принять решение о продолжении переговорного процесса, о цене своих требований к США, ко всем участникам переговоров, о реальном сотрудничестве с МАГАТЭ, о своей ядерной политике и, наконец, о своем месте в регионе и мире.

Необузданные ядерные амбиции могут послужить Ирану плохую службу и пойти вразрез с национальными интересами этой страны.

 

http://infoshos.ru/ru/?idn=28337