Общность интересов и схожесть позиций Москвы и Пекина в отношении Афганистана после того, как в прошлом месяце к власти в этой стране пришло движение «Талибан» (запрещено в России), открывает новые возможности для более тесного сотрудничества сторон. Как показывают события последнего времени, можно смело утверждать, что России и Китаю с Западом в вопросе урегулирования ситуации в Афганистане явно не по пути, поскольку у Москвы и Пекина есть свое видение этой проблемы, которое не совпадает с западным.

Безусловно, в вопросе урегулирования ситуации в Афганистане и Россия, и Китай в первую очередь будут исходить из интересов собственной безопасности. Москву очень волнует, чтобы боевики «Талибан» и других террористических организаций не начали проникать в соседние страны Центральной Азии (ЦА), а затем и на территорию собственно России. С учетом того, что протяженность границ Афганистана с государствами ЦА (Таджикистаном, Туркменистаном и Узбекистаном) составляет более 2 тыс. км, для Москвы этот фактор играет не последнюю роль. Ведь при всем желании поставить надежный заслон на всем протяжении этих границ практически невозможно. В первую очередь Россия сейчас укрепляет таджикско-афганскую границу.

В свою очередь Пекин беспокоит, чтобы террористы из Афганистана не проникли в Синьцзян-Уйгурский автономный район, расположенный как раз на северо-западе страны, где проживает более 10 млн уйгуров-мусульман. В этой связи и России, и Китаю крайне важна нормализация ситуации в Афганистане, что серьезно влияет на общую стабильность в регионе ЦА. Судя по всему, исходя именно из этих соображений, Москва и Пекин будут строить свои отношения с Кабулом при власти «Талибана».

При этом и Россия, и Китай осознают всю важность и сложность вопроса Афганистана, поэтому намерены решать афганскую проблему вместе со своими союзниками и партнерами, в первую очередь по Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) и БРИКС. Так, 9 сентября в формате видеоконференции состоялся саммит стран-членов БРИКС – Бразилии, России, Индии, Китая и ЮАР. И главной темой этой встречи стал как раз Афганистан. А 17 сентября в Душанбе прошла встреча лидеров ШОС – Казахстана, Киргизии, Индии, Китая, России, Пакистана, Таджикистана и Узбекистана. На этом саммите одной из основных тем для обсуждения также был Афганистан. В итоговых документах саммитов БРИКС и ШОС отмечалось, что все его участники, в том числе Россия и КНР, крайне заинтересованы в скорейшем урегулировании ситуации в Афганистане. К примеру, в совместной декларации ШОС содержится призыв к становлению Афганистана в качестве независимого, нейтрального, единого, демократического и мирного государства, свободного от терроризма, войны и наркотиков.

Необходимо заметить, что Москва и Пекин уже сейчас готовы оказывать гуманитарную помощь народу Афганистана. Помимо этого, Россия и Китай намерены помочь правительству талибов в восстановлении экономики страны, разрушенной за 20 лет войны США и их союзниками по международной коалиции. У Москвы, надо отметить, подобный опыт уже есть. Ведь во время нахождения в Афганистане в период с 1979 по 1989 годы ограниченного контингента советских войск, наши сограждане не только воевали с моджахедами, но и много строили в этой стране. В частности, СССР построил в Афганистане более 140 экономических, социальных и инфраструктурных объектов. Это дороги и мосты, газопроводы, заводы, многочисленные учебные заведения, за что афганцы до сих пор благодарны нашей стране.

Москва на смену власти в Афганистане, в отличие от стран Запада, отреагировала спокойно. Пока Россия власть «Талибана» не признала и ждет его дальнейших шагов. Вместе с тем Москва готова сотрудничать с талибами, но на определенных условиях. Главное из них – безопасность Центральной Азии. Судя по всему, на данном этапе Россия ограничится оказанием гуманитарной помощи афганскому народу и сосредоточится не столько на экономических перспективах сотрудничества с правительством талибов, сколько на вопросах безопасности.

Чего нельзя сказать о Китае, который, кстати, уже фактически признал власть движения «Талибан» в стране. Пекин, судя по всему, намерен воспользоваться сменой власти в Афганистане в своих интересах, создавая более благоприятные условия для реализации своих инфраструктурных миллиардных проектов в рамках инициативы «Один пояс – один путь» (ОПОП), направленных на расширение торговли Китая со странами региона и активизацию добычи их природных ресурсов. А разрабатывать в Афганистане есть что.

Согласно геологическим исследованиям, природные богатства этой страны оцениваются примерно в $3 трлн. Это 60 млн тонн меди, 2,2 млрд тонн железной руды, 1,4 млн тонн редкоземельных элементов (лантан, церий, неодим), а также месторождения алюминия, золота, серебра, цинка и ртути. Кроме того, в недрах Афганистана обнаружены большие запасы лития – материала, незаменимого для высокотехнологичного производства, которому руководство Китая в последнее время придает приоритетное значение.

Необходимо отметить, что первый меморандум о взаимопонимании по инициативе ОПОП между Афганистаном и Китаем был подписан еще в 2016 году. Позже стороны согласовали множество совместных проектов, однако из-за террористической угрозы, климатических и географических условий в Афганистане многие проекты были заморожены или реализованы лишь на 50%.  

Тем не менее, когда 15 августа талибы захватили афганскую столицу и США вместе с союзниками начали эвакуировать своих граждан, Китай (равно как и Россия) принял решение не закрывать посольство в этом городе и заявил о готовности установить дружеские отношения с движением «Талибан». Возможно, смена власти в Афганистане послужит своего рода катализатором для реализации проектов Пекина в этой стране.

Совершенно очевидно, что Пекин больше других игроков заинтересован в расширении торгово-экономических отношений с Афганистаном. Однако Китай вряд ли возьмется за реализацию больших экономических проектов в этой стране до тех пор, пока талибы не продемонстрируют стабильность и не создадут эффективную систему управления, как в центре, так и регионах, а также не начнут бороться с разрывающей Афганистан на части коррупцией.

Китай, как известно, придерживается принципа невмешательства во внутренние дела других государств и ожидает такой же политики от остальных. Именно такой подход может стать фундаментом новых отношений между Китаем и Афганистаном. Тем более, что талибы уже заявили, что страна должна развивать дружеские отношения с соседними государствами и международным сообществом в целом. Другое дело – как это обещание будет осуществляться на практике.

Если же нынешней власти талибов действительно удастся обеспечить стабильную работу правительства, учитывающего интересы всех слоев неоднородного по этноконфессиональному признаку общества и способного обеспечить безопасность страны в долгосрочной перспективе, то в Афганистане непременно появятся прибыльные проекты. И как считают многие эксперты, Москве и Пекину придется серьезно побороться за них с другими мощными конкурентами, в том числе с компаниями из государств Персидского залива.