Президент США Дональд Трамп, который в последние дни неоднократно заявлял, что не будет продлевать режим прекращения огня с Ираном, 22 апреля объявил о его продлении. Трамп заявил, что главнокомандующий армией Пакистана Асим Мунир и премьер-министр Шахбаз Шариф попросили его отложить нападение на Иран до тех пор, пока Тегеран не представит свои предложения. Иран пока не определился с участием в следующем раунде переговоров, однако канал связи через Исламабад остаётся открытым, и подготовка к следующему этапу продолжается. 

Несмотря на политические потрясения, экономические трудности, вооружённые конфликты и нестабильность в сфере безопасности, Пакистан неожиданно стал основным посредником между Вашингтоном и Тегераном. Благодаря его усилиям было объявлено о временном прекращении огня. Затем в Исламабаде состоялись редкие прямые переговоры между США и Ираном. Роль Пакистана публично признали обе стороны, назвав его «центральным посредником». 

С первых дней конфликта Пакистан активно участвовал в обмене сообщениями между Вашингтоном и Тегераном. Многие пакистанские политики открыто заявляли, что предложения США, порой в виде конкретных пунктов, передавались Ирану через Пакистан. В свою очередь, ответы Ирана возвращались в Вашингтон. Эта роль стала особенно значимой, когда Катар и Оман, традиционные посредники в американо-иранских отношениях, подверглись иранским атакам в ходе войны. 

Несмотря на то, что в регионе есть более сильные страны, доверие к Пакистану основано не на его международном влиянии, а на необходимости и прагматизме. Пакистан имеет давние отношения в сфере безопасности с США и добрососедские связи с Ираном, что обеспечило достаточный уровень доверия к Исламабаду со стороны обеих стран. Для Вашингтона Пакистан был важен как партнёр, который мог передавать американские послания и служить площадкой для переговоров, приемлемой для администрации Трампа. Для Тегерана, хотя Пакистан не является идеальным посредником, на практике других вариантов было немного. В этой ситуации Пакистан как исламская страна оказался идеальным выбором. 

Исламабад предпринял три ключевых шага для успешного проведения переговоров. Во-первых, он обеспечил безопасность и логистику для обеих сторон. Во-вторых, разделил обсуждение на несколько направлений: ядерная программа, санкции, замороженные активы, Ормузский пролив и региональная безопасность. В-третьих, Пакистан выдвинул идею создания графика и механизма для продолжения диалога. Исламабад стремился также получить более широкую поддержку для заключения перемирия и возобновления переговоров, особенно от Саудовской Аравии, Турции и Египта, которые могут оказать значительное влияние на ситуацию. Хотя немедленных результатов переговоры не принесли, Исламабад достиг успеха по первым двум пунктам и продолжил посредничество для подготовки ко второму раунду. 

Кроме того, Исламабад поддерживает рабочие отношения с Саудовской Аравией, Катаром и Объединёнными Арабскими Эмиратами. Эти страны важны для Пакистана в плане энергоресурсов, денежных переводов от трудовых мигрантов и региональной стабильности. Иран считает эти страны прямыми союзниками США, что исключает их в качестве посредников. 

Есть и внутриполитический расчёт. Правительство Пакистана стремится уменьшить как внутренние, так и внешние вызовы, особенно в условиях политического кризиса и тюремного заключения бывшего премьера Имрана Хана. В этом контексте Исламабад, вероятно, надеется снизить давление, участвуя в переговорах с Соединёнными Штатами. Экономические трудности — это ещё один аспект проблемы. Пакистан надеется, что эти переговоры помогут ему заручиться экономической поддержкой США, а также получить финансовую помощь и кредиты от арабских государств. 

В то же время у Пакистана есть соглашения о безопасности и обороне с Саудовской Аравией, и в случае затягивания войны на него может оказываться давление с целью заставить его поддержать Эр-Рияд. Исламабад подвергается и финансовому шантажу. 17 апреля Саудовская Аравия выступила с инициативой предоставить Пакистану 3 млрд долларов в качестве дополнительной поддержки. Эр-Рияд также продлил соглашение о выделении кредита в размере 5 млрд долларов ещё на три года. 

Тем не менее Пакистан дал понять Саудовской Аравии, что Иран — не их общий враг, а настоящая угроза исходит от Израиля. Нанеся ответный удар по Ирану, Пакистан вызвал бы в мусульманских странах масштабное общественное возмущение по поводу того, что он действует как марионеточное государство и поддерживает Израиль. Люди бы не обращали внимания на так называемый пакт об обороне, а говорили бы о том, что Пакистан выступает против другой мусульманской страны. 

По всей видимости, именно эта обеспокоенность побудила Пакистан избегать прямого участия в конфликте: сначала он спровоцировал столкновения в Афганистане, чтобы показать своим союзникам, что из-за внутренней нестабильности он не может сотрудничать с ними в военном противостоянии с Ираном, а затем выступил в роли посредника в достижении мира. 

Объединённые Арабские Эмираты также оказывали давление на Исламабад, чтобы тот принял военные меры против Ирана. Пакистан столкнулся с проблемой: за последние годы он набрал кредитов у ОАЭ на сумму от 3 до 4 млрд долларов. Чтобы надавить на Исламабад, ОАЭ потребовали вернуть эти займы, часть из которых была выдана ещё в 1996 году. Пакистан, несмотря на экономическую нестабильность, принял решение возвращать кредиты. Это обострило отношения между странами. Однако многие считают, что для Пакистана это к лучшему. ОАЭ вмешиваются в ситуацию в Пакистане, особенно в юго-западной части Белуджистана, где они, вместе с Израилем, поддерживают террористические группировки. 

Пакистан и раньше предоставлял площадку для конфиденциальных контактов между крупными державами, в том числе в период сближения Китая и США. Эта история свидетельствует о том, что у Исламабада есть опыт ведения дипломатии за закрытыми дверями. На этот раз генерал Асим Мунир совершил трёхдневный визит в Тегеран.  Этот визит многие считают ключевым в дипломатической роли Пакистана. Будучи бывшим начальником военной разведки и главой пакистанской межведомственной разведки (Inter-Services Intelligence, ISI), он обладает обширным опытом решения политических и дипломатических вопросов. Этот опыт помог ему внести свой вклад в посреднические усилия между Ираном и США. 

Важно также отметить посредническую роль министерства иностранных дел Пакистана, которое работает вместе с военным руководством. Пакистанские дипломаты убеждали Иран пойти на ограниченные уступки в рамках более масштабных стратегических планов. В краткосрочной перспективе такие уступки могут показаться компромиссом, но в долгосрочной Тегеран может получить стратегическую выгоду, особенно если это приведёт к сокращению американского военного присутствия на Ближнем Востоке. 

Таким образом, нельзя недооценивать достижения Исламабада в обеспечении прекращения огня между США и Ираном и в налаживании прямого взаимодействия между двумя противоборствующими сторонами на высоком уровне впервые с 1979 года. Переговоры не принесли успеха, но Пакистан получил признание международного сообщества за свои усилия и стремится подготовить почву для их продолжения.