Стратегическое партнерство России и Туркменистана реализуется не только на бумаге, но и в жизни. Именно так считает российский лидер Владимир Путин, который 15 сентября на полях саммита Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) в Самарканде в ходе встречи со своим туркменским коллегой Сердаром Бердымухамедовым заявил: «Мы можем констатировать, что уровень стратегического партнерства, который сложился и зафиксирован в соответствующих документах, не только на бумагах имеет место быть, но и на самом деле, и в жизни, так оно и происходит». Глава государства также подчеркнул, что Россия намерена увеличивать свою долю во внешнем товарообороте Туркмении. По его словам, Россия является одним из ведущих торгово-экономических партнеров Туркменистана.

Заметим, это была уже не первая встреча лидеров двух стран. 10 июня Сердар Бердымухамедов посетли Россию с официальным визитом. Это была его первая зарубежная поездка после вступления в должность президента Туркменистана в марте текущего года. Уже тогда в ходе переговоров с президентом Путиным обсуждались вопросы дальнейшего развития сотрудничества между двумя странами в политической, торгово-экономической и гуманитарной сферах, а также актуальные региональные и международные темы. По окончании переговоров президент России вручил президенту Туркменистана Орден Дружбы «за большой вклад и укрепление стратегического партнерства» между Туркменистаном и Россией. Тогда же Владимир Путин и Сердар Бердымухамедов подписали декларацию об углублении стратегического партнерства между двумя странами. 

И как бы в подтверждение успешного развития российско-туркменских отношений 29 августа Ашхабад посетил глава «Газпрома» Алексей Миллер, который в ходе переговоров с президентом Сердаром Бердымухамедовым обсудил вопросы сотрудничества России и Туркменистана в энергетической сфере. Кстати, ранее этот визит руководства «Газпрома» анонсировал президент Путин, отметив, что «у Москвы и Ашхабада есть договоренности о продолжении ряда контрактов».

Судя по всему, российский лидер в первую очередь имел в виду TAPI (The Turkmenistan–Afghanistan–Pakistan–India Pipeline) – трубопроводный проект из Туркменистана через территорию Афганистана и Пакистан в Индию, о котором активно заговорили еще в начале 2000-х годов. Согласно замыслу крупнейшее газовое месторождение Галкыныш в Марыйском вилаяте Туркменистана через афганские города Герат и Кандагар, пакистанские Кветту и Мултан предполагалось связать с городом Фазилка на западе Индии. Протяженность «трубы» мощностью 33 млрд куб. метров газа в год должна была составить 1800 км: 207 км по территории Туркменистана, 774 км по Афганистану и 826 км – по территории Пакистана до границы Индией. Общая стоимость проекта, по различным оценкам, может составить до $10 млрд.

До последнего времени проект практически не двигался, за исключением частичного 200-километрового участка по территории Туркменистана, трубы для которого, кстати, поставляли российские компании. Правда, в феврале 2018 года состоялась закладка афганского участка TAPI, но затем процесс застопорился. Основные тому причины – перманентная нестабильность в Афганистане и ставшая уже традиционной вражда Индии и Пакистана. Предполагаемые доноры в виде Азиатского банка развития (The Asian Development Bank, ADB) и некоторых других структур, несмотря на создание в 2014 году соответствующего газового консорциума, кредитовать столь рискованный проект, мягко говоря, не спешат.

Казалось бы, приход к власти в Кабуле в августе прошлого года новой власти в лице движения «Талибан» (запрещено в России   – прим ред.) должен был окончательно «похоронить» проект. Однако нынешняя тяжелая экономическая ситуация в стране, судя по всему, вынудила новые власти в Афганистане вспомнить о TAPI, что может придать проекту «второе дыхание». Тем более, что еще в феврале прошлого года делегация Политического офиса «Талибан» посетила Ашхабад, где провела переговоры с представителями туркменского МИД, в ходе которых талибы заявили, что они заинтересованы в реализации ряда проектов в сфере энергетики, связи и коммуникаций, в число которых входит и газопровод TAPI.

На сегодня уже появилась информация, что Туркменистан рассматривает вопрос о выделении Кабулу кредита на покрытие его доли в работах по этому проекту, возвращать который планируется уже после того, как «труба» заработает. И Кабул, и Ашхабад, по понятным причинам, заинтересованы в возобновлении строительства. Туркменистан, заметим, по запасам «голубого топлива» занимает 4-е место в мире и стремится заработать на его экспорте не только в Китай (куда уже проложено четыре «нитки» газопроводов), но и в сторону Индийского субконтинента. Так или иначе, сегодняшнее повышение мировых цен на энергоносители объективно работает в пользу поставщиков нефти и газа. Теоретически, не останутся внакладе и транзитеры, в первую очередь – тот же Афганистан, которому бесперебойная работа TAPI могла бы принести столь необходимые $500 млн в год.

Здесь следует отметить, что строительство газопровода TAPI никак не ущемляет интересы России. Более того, она в нем весьма заинтересована, особенно с учетом дальнейшего развития отношений с Индией и Пакистаном. По этой причине Москва готова помочь Ашхабаду и Кабулу в реализации этого проекта. Работы на TAPI планируется возобновить уже в ближайшие месяцы. Совсем недавно представители правительства Туркменистана встретились с официальными лицами Афганистана, и заявление талибов, что они направят 30 тыс. вооруженных людей для обеспечения безопасности трубопровода, может побудить стороны приступить к его строительству. А учитывая недавние контакты российских властей и представителей «Талибан» по экономической тематике, логики в совместной работе того же «Газпрома» с Туркменистаном по реализации проекта TAPI становится все больше. 

После встреч Владимира Путина с Сердаром Бердымухамедовым можно предположить, что официальный Ашхабад даст согласие и на транзит российского газа на рынки Южной Азии с использованием газотранспортной системы Туркменистана. Во многом именно по этой причине Россия проявляет повышенный интерес к реализации газопровода TAPI. Ведь не секрет, что в связи с переформатированием газового рынка Европы, где одним из ключевых игроков является Россия, которую стараются вытеснить оттуда, азиатское направление становится логическим выходом для отечественной газовой индустрии. И путь в Индостан лежит как раз через Туркменистан, у которого с Россией существует развитая газотранспортная инфраструктура. Причем это никак не создаст конкуренцию между Москвой и Ашхабадом на газовом рынке Китая и стран Южной Азии. Более того, координация и совместная деятельность России и Туркменистан по поставкам газа в направлении Пакистана и Индии уже не кажутся чем-то фантастическим.

В заключение хотелось бы отметить, что награждение Сердара Бердымухамедова Орденом Дружбы, а его отца – председателя Халк Маслахаты Милли Генеша (верхней палаты парламента Туркменистана) Гурбангулы Бердымухамедова орденом «За заслуги перед Отечеством» IV не является чисто символическим жестом. Данные награды несут в себе выражение благодарности Москвы за вполне конкретную услугу и заслугу, которую официальный Ашхабад оказал России.

Речь идет о том, что в разгар кризиса вокруг Украины и судорожных поисков дополнительных источников газа странами Евросоюза президенты Туркменистана, как действующий, так и предыдущий, довольно прохладно встретили просьбы европейцев подключиться к поставкам «голубого топлива» в Старый Свет, сохранив традиционный нейтралитет своего государства.