В Санкт-Петербурге 9-10 декабря состоялся XV Международный форум «Арктика: настоящее и будущее» (далее – Форум). С 2024 года Форум носит имя его основателя и председателя оргкомитета, первого президента Ассоциации полярников Артура Чилингарова. Форум ежегодно подводит итоги арктической повестки и объединяет представителей органов власти, делового сообщества, научно-образовательных и некоммерческих организаций, представителей СМИ.  

Программа нынешнего Форума была ориентирована на содействие реализации национальных целей развития на период до 2030 года и на перспективу до 2036 года в Арктической зоне России, а также на сотрудничество России с другими государствами в освоении Арктики.   Неслучайно в этой связи среди обсуждаемых на Форуме тем были, к примеру, и такие: «Взаимовыгодное партнерство: сотрудничество с внерегиональными странами» или «Как Северный морской путь уже меняет, а Трансарктический транспортный коридор изменит российские и глобальные логистические цепочки?». По этой причине совсем не удивительно, что в работе Форума помимо россиян приняли участие представители Бангладеш, Вьетнама, Индии, Китая, Непала, Сингапура, Японии и др.

Сразу хотелось бы отметить, что в последнее время именно Арктика из-за своих природных богатств и транспортно-логистических возможностей привлекает все больше внимания со стороны не только государств, входящих в Арктический совет (АС – Дания, Исландия, Канада, Норвегия, Россия, США, Финляндия и Швеция), но и ряд других стран, которые заинтересованы в разработке ее ресурсов и использовании российского Северного морского пути (СМП) и в реализации проекта Трансарктического транспортного коридора (ТАТК) между Санкт-Петербургом и Владивостоком. В первую очередь это относится к Китаю и Индии – крупных производителей различных товаров и нуждающихся в их скорейшей доставке в Европу по СМП и ТТК.

Кроме того, в использовании этих маршрутов заинтересованы страны Юго-Восточной Азии, Персидского залива и даже Африки. Напомним, СМП и ТТК значительно сокращают путь товаров из этих стран в Старый Свет по сравнению с их доставкой через Суэцкий канал, а тем более по маршруту через мыс Доброй Надежды на юге Африки. В этом материале хотелось бы подробнее остановиться на сотрудничестве в Арктике России и Китая.

Россия, заметим, не первый год осваивает Арктику. Так, президент России Владимир Путин еще в октябре 2020 года утвердил «Стратегию развития Арктической зоны Российской Федерации и обеспечения национальной безопасности на период до 2035 года». В соответствии с этим документом Россия сегодня и действует в этом регионе по всем направлениям: от развития инфраструктуры российской территории в Арктике и укрепления ее безопасности до расширения сотрудничества с зарубежными странами в этом регионе и использования ими СМП и ТАТК.

К примеру, только прогнозируемый грузопоток по последнему коридору уже к 2030 году может достичь 109 млн тонн благодаря экспорту углеводородов, минералов и транзитных грузов. К тому же немаловажно, что ТАТК ориентирован на круглогодичную навигацию с помощью мощного российского атомного ледокольного флота и модернизации портовой инфраструктуры России, а также интеграции с международными транспортными коридорами, в частности, «Север-Юг», для привлечения грузов из стран Азии.

Что же до Китая, то он не так давно серьезно взялся за освоение Арктического региона. Несмотря на удаленность КНР от Северного Ледовитого океана, Пекин в принятой в январе 2018 года первой «Белой книге» о государственной политике в Арктике назвал себя «приарктической» или «около-арктической» державой, что подчеркивает его амбициозные цели в регионе. В Китае недвусмысленно заявляют, что его интерес к Арктике – одна из ключевых составляющих международной инициативы «Один пояс, один путь». Более того, в Поднебесной Крайний Север называют «Полярным шелковым путем» (ПШП). Можно добавить, что у Китая есть свой пусть и небольшой ледокольный флот (две единицы), и спутники, «заточенные исключительно под прогнозы ледовой обстановки».

К тому же, стремящийся дифференцировать свои источники энергоснабжения, Китай заинтересован в Арктике из-за ее энергетического потенциала. Ведь по данным Международного арктического форума, на ее долю приходится около 13% неразведанных запасов нефти, 30% природного газа и 20% газоконденсата. Арктический регион богат и другими полезными ископаемыми такими как никель, кобальт титан и пр. Способствуют усилению внимания Китая к этому региону и климатические изменения: в Арктике фиксируется серьезное сокращение площади полярных льдов, таяние которых потенциально открывает новые возможности для логистики, рыболовства и добычи полярных ресурсов.

К тому же Арктика интересна Китаю в качестве источника дипломатических возможностей и легитимации своего присутствия в регионе: с мая 2013 года КНР имеет статус наблюдателя в АС. По указанным выше причинам в последнее время Пекин стремительно усиливает свое присутствие в Арктике, которую он рассматривает как важную зону, активное участие в экономическом и политическом освоении которой способствует закреплению за ним статуса одной из ведущих держав мира.  

В этой связи некоторые российские эксперты, учитывая предприимчивость и финансово-экономические возможности КНР, склонны считать, что, несмотря на то, что сотрудничество с китайскими партнерами в Арктике открывает для России множество возможностей, эта деятельность сопряжена с серьезными вызовами и возможными рисками, которые могут ударить по российским интересам. Один из наиболее явных потенциальных рисков в экономическом поле – это усиление зависимости России от инвестиций Китая в арктических проектах, т.к. он является ключевым партнером в развитии региона.

Инвестиции Пекина стали важным источником финансирования для проектов в таких сферах, как разработка нефтегазовых месторождений, инфраструктура и т.д. Несмотря на то, что Россия нуждается в китайском капитале, в худшем сценарии она может потерять контроль над стратегически важными проектами. Существует также мнение о возможной угрозе российским интересам в Арктике из-за финансового превосходства китайских компаний.

Вместе с тем Россия обладает серьезным опытом и технологическим преимуществом для работы в полярных условиях, которые на сегодняшний день недоступны нашим китайским партнерам. Поэтому пока преждевременно говорить о возможности вытеснения российских компаний из ключевых арктических отраслей. Кроме того, стратегически важные объекты, такие как порты, транспортные узлы и месторождения находятся под твердым российским контролем. Благодаря своей значимости для национальной безопасности, крайне маловероятно, что Москва передаст их в управление иностранным компаниям, в том числе и китайским.

Сегодня, пожалуй, можно говорить лишь о сотрудничестве, а не соперничестве Москвы и Пекина в Арктике. В настоящий момент Арктический регион стал важной зоной кооперации России и Китая по целому перечню различных направлений в целях реализации амбициозных совместных проектов, что стало особенно актуально в условиях санкционного давления со стороны Запада в отношении Москвы. Например, в «Ямал СПГ» китайской компании CNPC и Фонду шелкового пути принадлежит 29,9% акций. Китайские компании CNPC и CNOOC владеют 20% акций проекта «Арктик СПГ-2». 

К тому же, из-за санкций арктические проекты, ориентированные на экспорт энергоресурсов, стали частью расширяющегося сотрудничества России с ее восточными партнерами, а санкционная политика западных стран только усилила эту тенденцию. Россия начала активнее перенаправлять свои энергетические потоки с европейских рынков на азиатские, где Китай стал крупнейшим рынком сбыта арктических нефти и газа. Например, весь российский экспорт СПГ в Европу за 2024 год составил 17,4 млн тонн, а в один Китай уже 8,3 млн тонн и объем поставок имеет тенденцию к увеличению.

Говоря о санкциях Запада, стоит также отметить, что они оказали влияние на множество аспектов российско-китайского взаимодействия, в том числе и в Арктике. Если ранее Россия старалась как можно меньше привлекать к сотрудничеству в регионе неарктические страны, то после ограничений на поставки технологий и оборудования, а также приостановки взаимодействия по линии АС (7 из 8 участников которого входят в альянс НАТО), она была вынуждена расширить взаимодействие и с иными акторами, один из которых – Китай, прочно занимающий ключевое место в мировой экономике.

Данный фактор может говорить о том, что у Москвы и Пекина неплохие перспективы дальнейшей кооперации в Арктике. Причем интерес двух стран к сотрудничеству в Арктическом регионе не сводится к сиюминутным коммерческим выгодам. Речь идет о стратегической задаче — обеспечении устойчивых логических связей, поддержке глобальной торговли и участии в формировании новой архитектуры международной морской логистики.