Меморандум о взаимопонимании, а точнее, о недопонимании, утратил силу. Хотя обе страны — США и Иран — продолжают заявлять о своем желании вести переговоры, на этой неделе они продолжали обмениваться ударами. В результате ближневосточные союзники Вашингтона подверглись атакам иранских беспилотников и ракет. Американские силы усилили морскую блокаду Ирана и регулярно наносили удары по целям внутри страны. Дональд Трамп заявил, что США будут разрушать мосты и электростанции Ирана каждый раз, когда Тегеран атакует суда в Ормузском проливе. 

В тот же день министр иностранных дел Ирана Аббас Арагчи заявил: «Наша оборонная доктрина проста: мы отвечаем ударом на удар. Любая агрессия против Ирана, включая атаки на нашу инфраструктуру, вызовет мощный и решительный ответ. Те, кто способствует такой агрессии, независимо от формы поддержки, также станут законными целями». Госсекретарь Марк Рубио отреагировал, отметив, что политика президента Трампа основана на принципе «око за око». 

Как видно, обе стороны уверены, что нанесение большего ущерба отвечает их интересам, даже если это может привести к серьезной эскалации. На данный момент ситуация остается напряженной, несмотря на попытки посредников вернуть США и Иран к прекращению огня. С другой стороны, Израиль продолжает подталкивать администрацию Трампа к продолжению войны. 

Премьер-министр Биньямин Нетаньяху, как ожидается, 29 июля посетит Вашингтон, чтобы присутствовать на церемонии прощания с покойным сенатором Линдси Грэмом, а за день до этого встретится с Трампом.  Этот визит даст возможность обсудить войну с Ираном и возможные дальнейшие шаги. Интересно, что Роман Гофман, новый директор израильской разведывательной службы «Моссад», две недели назад посетил США и встретился со своим американским коллегой, чтобы обсудить войну и ядерную программу Ирана. Это был его первый визит в США с момента вступления в должность. 

В условиях ожидаемой эскалации конфликта посольства Великобритании и Франции в Тегеране эвакуировали своих сотрудников. Диппредставительство Германии также работает в ограниченном режиме. Многие авиакомпании приостановили или отменили рейсы в страны Ближнего Востока. В этом месяце Бахрейн и Кувейт нанесли удары по иранским объектам. По данным СМИ, ОАЭ предоставили разведданные и обеспечили воздушное прикрытие, что указывает на укрепление сотрудничества арабских стран с Соединенными Штатами в войне с Ираном. Эти события могут свидетельствовать о возможном расширении конфликта, в том числе с участием союзников Тегерана в регионе. 

Повстанцы-хуситы объявили о «морском эмбарго» в отношении Саудовской Аравии, пообещав наносить удары по любым судам, связанным с королевством, которые будут проходить из Красного моря через Баб-эль-Мандебский пролив, соединяющий эти воды с Оманским заливом. Корпус стражей исламской революции передал хуситам дополнительные ракеты и оборудование. 

С 2022 года между хуситами и возглавляемой Саудовской Аравией коалицией, действовало фактическое перемирие. Однако саудовские военные самолёты нанесли удар по аэропорту Саны, а хуситы в ответ обстреляли королевство ракетами.  Официальные лица Саудовской Аравии сообщили, что нефтяной танкер загорелся после того, как хуситы нанесли по нему удар недалеко от порта Джидда на Красном море.  Министерство иностранных дел заявило, что Эр-Рияд примет все необходимые меры для своей защиты, а президент США Дональд Трамп заявил, что США нанесут «серьезный военный удар» как по хуситам, так и по их союзнику Ирану, если они снова нападут на суда.  Риск открытых боевых действий как в Красном море, так и на линии фронта в Йемене резко возрастает. 

Вопрос о возможной наземной операции в Вашингтоне снова на повестке дня. Эксперты активно обсуждают, станет ли текущая воздушная кампания началом более масштабных действий. Открытый вопрос заключается в том, идут ли США к высадке десанта? И если да, то ограничатся ли они островами в Персидском заливе или затронут иранские порты? Американские военные стратеги разработали варианты наземной операции в Иране, и президент США Дональд Трамп не исключил возможность ее проведения. США направили в регион дополнительные войска, включая силы спецназа и медиков. Это решение может расширить возможности Трампа в регионе. Однако, по мнению военных экспертов, возможны ограниченные рейды, но крупномасштабное вторжение маловероятно. 

Тем не менее, представитель иранской армии бригадный генерал Мохаммад Акрами-Ниа предупредил, что любое военное вторжение США на территорию Ирана приведет к ответным действиям. «Если американцы ступят на один из наших островов, мы ответим ударом на нашей территории», — заявил он. В иранском парламенте пошли дальше, предупредив, что Тегеран может начать военные операции против союзников США в Персидском заливе, включая Кувейт и Бахрейн, в случае вторжения американских войск на иранскую землю. 

Иран пока в очередной раз демонстрирует свою стойкость. Спутниковые снимки с американских и израильских спутников показывают, что страна быстро восстановила свою инфраструктуру после первых атак США и Израиля. Были отремонтированы ракетные базы в горах, мосты, порты и производственные объекты. Тем не менее, ущерб остаётся значительным. В июле по меньшей мере в результате 21-ой волны авиаударов повреждены десятки строений гражданской инфраструктуры по всему Ирану. Среди пострадавших объектов — мосты, железные дороги, телекоммуникационные узлы и станции водоснабжения. 

Непрекращающиеся авиаудары США не сломили решимость Тегерана, однако важность этого момента заключается также в том, что Иран вынуждено встал на путь реформ. Прекращение перемирия обострило внутренние противоречия в Тегеране. Политический истеблишмент Ирана неожиданно показал разногласия, которые ранее скрывались. Каждый отдельный случай можно было бы списать на обычную фракционную борьбу внутри страны. Однако вместе они говорят о чем-то более значимом. 

Дебаты в Тегеране касаются не только внешней политики, санкций или военных стратегий. Все чаще обсуждается, как Исламская Республика должна адаптироваться, чтобы сохранить власть после одного из самых серьезных потрясений за свою 47-летнюю историю.

Война, вероятно, разрушила прежние представления. Теперь важно понять, что будет дальше. Сегодня этот вопрос задают не только иностранные наблюдатели. Похоже, что Исламская Республика все чаще задается им сама.