В ближайшие 10 лет наступательный потенциал Королевского надводного флота Австралии по нанесению ударов крылатыми ракетами большой дальности будет значительно усилен благодаря строительству 11 перспективных фрегатов нового поколения на базе японского проекта New FFM (Upgraded Mogami). Официальный старт этой масштабной инициативе был дан 18 апреля 2026 года. Тогда Канберра и Токио заключили историческое оборонное соглашение, подписав «Меморандум Могами». Для Японии этот контракт стал крупнейшей экспортной оборонной сделкой за всю ее послевоенную историю.

Благодаря оборонной программе австралийский флот получит дополнительные 352 универсальные пусковые ячейки Mk 41, адаптированные под пуск крылатых ракет Tomahawk с дальностью пуска до 1600-1800 км. Причем этот рост наступательного потенциала будет достигнут только за счет строительства фрегатов нового поколения.

Для сравнения: на сегодняшний день все дальнобойные наступательные возможности ВМС Австралии ограничены тремя эсминцами класса «Хобарт», располагающими в сумме 144 ячейками. Большая часть из них будет занята ракетами противовоздушной и противоракетной обороны, даже по мере исполнения Соединенными Штатами контракта на поставку Австралии более 200 крылатых ракет Tomahawk.

В сочетании с программой строительства кораблей для самих Сил самообороны Японии, заказавших дополнительно 12 New FFM, к 2036 году количество универсальных пусковых ячеек на фрегатах обоих государств, адаптированных под тяжелые ракеты большой дальности, вырастет с нуля до 736 единиц. По количеству доступных ракетных ячеек флоты фрегатов Токио и Канберры, не считая ударную основу в виде ракетных эсминцев, составят более половины от группировки сил передового базирования США в Японии, формирующей костяк американского военного присутствия в Индо-Тихоокеанском регионе.

Поэтапный демонтаж экспортных ограничений Японии, начатый в декабре 2023 года, к апрелю 2026-го привел к исторической отмене запрета на экспорт летального вооружения.

Это решение кардинально меняет потенциал запущенной в апреле 2023 года программы Официальной помощи в области безопасности (Official Security Assistance, OSA) и закладывает юридическую основу для принципиально нового этапа сотрудничества.

Отныне Токио сможет поставлять партнерам, включая Филиппины, Вьетнам, Индонезию, Малайзию, Бангладеш, Фиджи и Папуа-Новую Гвинею, не только средства мониторинга и логистики, но и ударные системы. Это окончательно превращает формат ограниченного технического содействия в инструмент масштабного военного оснащения дружественных государств. Причем ключевую группу получателей этой помощи составляют страны Азии, непосредственно вовлеченные в острые территориальные споры с КНР в акватории Южно-Китайского моря.

Особенно это касается Филиппин. В рамках официальной позиции Токио территориальные притязания Китая в Восточно-Китайском и Южно-Китайском морях рассматриваются как взаимосвязанные угрозы, требующие единой сетевой архитектуры сдерживания. Усиливая Манилу, Токио фактически продвигает собственные интересы в районе островов Сенкаку, поскольку выделение дополнительных сил КНР на юге должно привести к снижению военного давления на японские границы.

Наглядным примером реализации этого подхода стали прошедшие на Филиппинах многонациональные учения Balikatan 2026. Ранее вступившее в силу Соглашение о взаимном доступе (RAA) позволило не только задействовать в маневрах рекордный контингент из 1400 японских военнослужащих, но и перейти к практической отработке совместных ударов. В ходе учений состоялись знаковые пуски береговых противокорабельных ракетных комплексов Type 88 по учебной морской цели непосредственно с филиппинских островов. Вскоре после завершения маневров стало известно, что Министерство обороны Японии официально рассматривает вопрос экспорта этих систем Филиппинам. Такой шаг призван дополнить имеющиеся у Манилы противокорабельные возможности.

Однако передача или продажа ударного вооружения предыдущего поколения - лишь первый шаг. Наличие у Токио соглашений о взаимном доступе как с Филиппинами, так и с Австралией открывает юридическую возможность для переброски на территорию этих государств наступательного вооружения. Материально-технической базой для этого выступает постановка на боевое дежурство абсолютно новых ракетных систем разработки и производства Японии.

В частности, речь идет о принятом на вооружение береговом ракетном комплексе на базе модернизированной противокорабельной ракеты Type 12, чья дальность пуска была увеличена до 1000 км против 200 км у базовой версии.

Кроме того, фактором качественного изменения регионального баланса сил выступает начало развертывания гиперзвукового планирующего снаряда HVGP (Hyper Velocity Gliding Projectile). Несмотря на официальную классификацию Сил самообороны Японии, данный комплекс является первой японской баллистической ракетой с гиперзвуковым планирующим боевым блоком.

Переброска обеих ракетных систем - будь то в Австралию или на Филиппины - может произойти по той же схеме, по которой в Азии впервые были развернуты американский ракетный комплекс средней и меньшей дальности MRC Typhon или новейший гиперзвуковой ракетный комплекс Dark Eagle. Сначала эти системы завозятся под предлогом учений, после чего остаются на территории союзника на неопределенный срок.

Реальные пуски первых опытных образцов улучшенной японской баллистической ракеты могут состояться на австралийских полигонах. Подготовка к этому этапу уже запущена: в рамках прошедших 18 августа 2026 года министерских переговоров по оборонному сотрудничеству. Токио и Канберра официально перешли к форсированному согласованию условий 10-летнего соглашения о доступе к военной испытательной инфраструктуре Австралии, что переводит проект из стадии теоретического планирования в плоскость реализации.